kzs72 (kzs72) wrote,
kzs72
kzs72

Categories:

Диалектика. Формальное основание. Конспект.

Предыдущая запись закончилась на том, что содержание обрело форму, форма стала содержательной и основание получило двойную определенность - по отношению и к форме, и к содержанию.
Тем самым основание стало определенным.
Формальное основание - категория диалектики и это очень интересная категория.
Часто говорят - ''формально''. А что стоит за этим - не очень многие знают.

Начну сразу с цитаты самого Гегеля:
''Основание имеет некоторое определенное содержание.
Определенность содержания есть, как оказалось, основа для формы, простая непосредственность в противоположность опосредованию формы.
Основание есть отрицательно относящееся к себе тожество, которое тем самым становится положением; оно относится отрицательно к себе, поскольку оно тожественно себе в этой своей отрицательности;
это тожество есть основа или содержание, которое, таким образом, образует безразличное или положительное единство отношения основания и есть его опосредывающее.''-
Содержание - основа для формы.

''В этом содержании ближайшим образом исчезает противоположная определенность основания и обоснованного.''-
Основание и обоснованное - это основание и форма или содержание и форма. Это вообще - отношение формы. Основание и обоснованное становятся моментами формы. В содержании противоположность исчезает. Они переходят в отрицательное единство.

''Но далее опосредование есть отрицательное единство.
Отрицательное в этой безразличной основе есть ее непосредственная определенность, чрез которую основание имеет определенное содержание.
Но затем отрицательное есть отрицательное отношение формы к себе самой.
Положенное с одной стороны снимает себя само и возвращается в свое основание;
основание же, существенная самостоятельность, относится отрицательно к себе самому и делает себя положенным.
Это отрицательное опосредование основания и обоснованного есть своеобразное опосредование формы, как таковой, формальное опосредование.
Итак, обе стороны формы, поскольку одна переходит в другую, тем самым полагают себя совокупно в одном и том же тожестве, как снятые: поэтому они его вместе с тем предполагают.
Оно есть определенное содержание, к которому, следовательно, формальное опосредование относится через себя само, как к положительно опосредывающему.
Это содержание есть тожество их обеих, и поскольку они различны, поскольку каждая однако в своем различении есть отношение к другой, это содержание есть их устойчивость, устойчивость каждой, как самого целого.''-
Обе стороны формы - это основание и обоснованное. И они имеют тождество содержания.

''Отсюда следует, что в определенном основании дано следующее: во-первых, некоторое определенное содержание рассматривается с двух сторон, сначала, поскольку оно положено, как основание,
засим – как обоснованное.
Оно само безразлично к этой форме; в обоих определениях оно есть лишь одно определение.
Во-вторых, основание само есть настолько же момент формы, насколько положенное им; это есть их тожество по форме.
Безразлично, какое из обоих определений принято за первое, от какого, как положенного, переходят к другому, как основанию, или как от основания, к другому, как положенному.''-
Безразлично что принимать за основание и за обоснованное - оба имеют одно содержание и полагают друг друга. Основание полагает обоснованное и также обоснованное полагает свое основание. Содержание основания полагает содержание обоснованного. А так как оно полагает его из себя самого, то обоснованное имеет то же содержание. И поэтому безразлично - что принимать за первое, от которого полагают - от основания или обоснованного. В обоснованном нет ничего, чего не было бы основании. И наоборот.

''Обоснованное, рассматриваемое для себя, есть снятие себя самого; тем самым оно обращает себя с одной стороны в положенное и есть вместе с тем положение основания.
Такое же движение есть основание, как таковое, оно делает себя положенным и тем самым становится основанием чего-то, т.е. оно дано вместе, как положенное и также как основание. Что есть основание, основанием тому служит положенное, и, наоборот, тем самым основание есть положенное.
Опосредование начинается столько же от одного, как и от другого, каждая сторона есть одинаково и основание, и положенное, и каждая есть полное опосредование или вся форма.
Эта вся форма есть далее, как тожественная себе основа тех определений, которые составляют обе стороны – основания и обоснованного;
форма и содержание суть, таким образом, одно и то же тожество.''-
Одно и то же тождество - тождество основания и обоснованного.

''В силу этого тожества основания и обоснованного, как по форме, так и по содержанию, основание есть достаточное (при ограничении достаточности этим отношением);
нет ничего в основании, чего нет в обоснованном, так же, как нет ничего в обоснованном, чего нет в основании.
Когда спрашивают о каком-либо основании, то желают получить то же определение, которое составляет собою содержание, вдвойне, во-первых, в форме положенного, а, во вторых, в форме рефлектированного в себя существования, существенности.

Поскольку же в определенном основании основание и обоснованное составляют всю форму, и их содержание, хотя и определенное, одно и то же, то основание в обеих его сторонах еще не определено реально, они не имеют различного содержания;
определенность есть еще простая, не перешедшая в эти стороны;
определенное основание дано еще в своей чистой форме, как формальное основание.
А так как содержание есть лишь эта простая определенность, не имеющая в ней самой формы отношения основания, безразличная к форме, и последняя для него внешня, то оно есть другое, чем она.'' -
Тут основание и обоснованное являются сторонами одной формы, одного отношения, они только моменты этого отношения. Они имеют в себе содержание, одно и то же содержание, их содержание тождественно и не имеет каждый своего определения. Их отношение - это отношение формы, основание и обоснованное.
Моменты целого. Целой формы. Формальное отношение.

Далее с удовольствием цитирую Гегеля, иногда он говорит прямо, без изысков и предельно понятно.
''Во-вторых, по форме при этом способе объяснения проявляются оба противоположные направления отношения основания, не приводя к познанию их определенного отношения.
Основание есть, с одной стороны, основание, как рефлектированное в себя определение содержания того существования, которое оно обосновывает, а с другой – оно есть положенное. Оно есть то, из чего должно быть понято существование; но, наоборот, от последнего заключается к первому, и основание понимается из существования.
Главная задача этой рефлексии состоит именно в том, чтобы из существования найти основание, т.е. превратить непосредственное существование в форму рефлектированного бытия; основание вместо того, чтобы быть в себе и для себя и самостоятельным, становится тем самым скорее положенным и производным. А так как оно таким путем сообразуется с явлением, и его определения основываются на последнем, то последнее, конечно, совершенно гладко и по попутному ветру вытекает из своего основания.
Но познание тем самым не движется с места; оно продолжает вращаться в том формальном различении, которое обращается назад и снимается через этот прием.
Одно из главных затруднений при погружении в науки, в которых господствует этот прием, зависит поэтому от такого извращения порядка – предпосылать, как основание, то, что в действительности есть производное, и, переходя к следствиям, находить в них в действительности основание того, что должно быть их основанием. Изложение начинается с оснований, они носятся в воздухе, как принципы и первые понятия; они суть простые определения, без всякой необходимости в себе и для себя; последующее должно быть основано на них.
Поэтому, если кто желает проникнуть в такие науки, то он должен привить себе эти основания; задача тяжелая для разума, так как он должен взять за основу то, что лишено основания. Всего легче справляется с нею тот, кто без дальнейшего размышления допускает принципы, как данные, и пользуется ими, как основными правилами своего рассудка. Без этого метода нельзя найти начала; также мало возможно без него дальнейшее движение вперед.
Но последнее встречает препятствие в том, что в этих принципах проявляется обратное действие метода, который должен в последующем обнаружить производное, а на деле содержит в себе основания лишь в качестве таких предположений.
Далее, так как последующее обнаруживает себя, как существование, из которого выводится основание, то вследствие того отношение, в котором представляется явление, приводит к недоверию к его выражению, ибо явление оказывается выраженным не в своей непосредственности, а как доказательство основания. Но так как последнее, в свою очередь, выводится из первого, то является требование усмотреть явление в его непосредственности, дабы из него обсуждать основание. Поэтому при таком изложении, в котором собственно обосновывающее оказывается производным, остается неизвестным, как тут быть и с основанием, и с явлением. Эта неизвестность умножается еще тем, – в особенности, если изложение не строго последовательно, но более добросовестно, – что в явление повсюду обнаруживаются следы и обстоятельства, указывающие на большее и часто совсем на другое, чем то, что содержится в принципах.
Наконец, путаница становится еще более, когда рефлектированные и лишь гипотетические определения смешиваются с непосредственными определениями самого явления, когда они излагаются так, как будто они взяты из непосредственного опыта.
Они служат первыми основаниями для другого, принимаются за действительность и с полным доверием применяются; их добросовестно признают, не сознавая того, что они суть собственно определения, выведенные из того, что они должны обосновывать, гипотезы и вымыслы, выведенные из некритической рефлексии.

В действительности получается род заколдованного круга, в котором определения существования и определения рефлексии, основание и обоснованное, явления и призраки перемешаны вместе в нераздельном сообществе и пользуются одинаковым почетом.''-
Это очень полезно усвоить - тогда легко будет противостоять манипуляциям и всяким ''теориям''. Действительно, иногда предпосылки оказываются не основанием, а лишь гипотезой, от которой идут к обоснованному, затем из обоснованного выводят это гипотетическое основание - но уже как из научного факта или ''общепризнанной истины'', живые примеры этого - мифы про Маркса, Ленина, мифические ''тысячи миллионов'' расстрелянных и замученных и прочее.
Далее Гегель совершенно справедливо указывает, что выбраться из этого заколдованного круга можно только обратившись к фактам.

''При формальном характере этих способов объяснения и оснований, раздаются вместе с тем голоса, что, несмотря на всевозможное объяснение при помощи хорошо известных сил и материй, мы не знаем внутренней сущности самых этих сил и материй.
В этом можно усмотреть лишь сознание, что такое обоснование самого себя совершенно недостаточно; что оно требует чего-то совсем иного, чем таких оснований.
За сим не видно только, к чему служит этот труд такого объяснения, почему не поищут чего-либо другого, или, по крайней мере, не оставят в стороне такого объяснения и не остановятся на простых фактах.''

Формальное основание - это объяснение себя через само себя, своего содержания через своё же содержание.
Основание и обоснованное являются такими только лишь по форме.
В отношении формы, формальном отношении они имеют одно и то же содержание.
Ну, к примеру - ''масло масляное, потому что содержит в себе масло''.
Или - ''они люди, потому что они мужчина и женщина''
Эта проблема с основанием и обоснованным разрешится в реальном основании.
В следующий раз.
Tags: диамат, конспект, размышлизмы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments